Ишимский краеведческий музей




Главная > О музее > Новости > Публикации > Сталинская баня
Меню

Сталинская баня

Мой отец, Кучак Леонид Герасимович, родился 13 апреля 1912 года в с. Каргалы Тарского уезда Тобольской губернии в семье служащего. После гражданской войны его семья переехала в город Ишим. В 1931 году Леонид окончил школу второй ступени и поехал в Москву поступать в институт филологии, философии и истории, т.к. увлекался гуманитарными науками, политикой, умел хорошо рисовать. Вступительные экзамены он сдал хорошо, но в вуз не был зачислен из-за «плохого» социального происхождения и еще потому, что его дядя был раскулачен. По возвращении домой Леонид был призван в армию, где он поступил в полковую школу, чтобы получить младшее офицерское звание. Но из-за некоторых критических высказываний в адрес властей он был вскоре отчислен из полковой школы и закончил службу рядовым. Отслужив в армии в 1933 году, отец поступил в Тюменский педагогический техникум(?) на естественнонаучное отделение. Однажды, будучи на полевой практике по биологии в Тюменском районе, ему удалось обнаружить на острове Кулаково зеркальных карпов. В честь этого события озеро было переименовано в о. Кучак, которое сейчас является научно-исследовательской базой биологического факультета Тюменского госуниверситета. По окончании техникума отец работал учителем в школе с. Клепиково Ишимского района.


Кучак Леонид Герасимович до репрессии

В марте 1935 года прямо с урока его забрали органы ОГПУ. Затем он был отправлен в г. Челябинск, где ждал окончания следствия по своему делу. В течение нескольких месяцев он неоднократно подвергался изнурительным допросам. Однажды ему предложили якобы помыться в бане. После многомесячного пребывания в грязной, вшивой и душной камере он, конечно, охотно согласился. Когда его привели в моечное отделение, он не обнаружил там ни мыла с мочалкой, ни таза. Только в центре помещения возвышался небольшой каменный столбик. Но еще больше он был удивлен тем, что вскоре откуда-то из-под пола пошла вода. Сначала холодная как лед. Вскоре она начала подниматься все выше и выше, и отцу пришлось забраться на столбик и встать на цыпочки. А вода, поднявшись до самого горла, вдруг также внезапно стала уходить. Но затем пошла новая вода, на этот раз уже горячая, как кипяток. Сначала совсем продрогший и посиневший отец обрадовался, что наконец-то согреется. Но, когда вода снова стала прибывать, у него развеялись последние сомнения относительно истинной цели этой «бани». Леонид понял, что это была своеобразная пытка, т.к. он отказывался признать то, что требовал следователь - свое участие в «троцкистском заговоре», в изготовлении самодельного взрывного устройства для осуществления теракта. Дело в том, что во время обыска у него нашли около двух тысяч книг. Авторы многих из них были объявлены врагами народа (Каутский, Троцкий и др.), а книги запрещены. Были обнаружены также некоторые химические вещества, которые можно использовать для изготовления взрывчатых веществ (бертолетова соль и др.) и которые тогда свободно продавались в аптеках. «Процедуры», подобные этой «бане», применялись неоднократно и отец был вынужден признать все обвинения. Он был осужден по ст. 58 УК СССР за контрреволюционную троцкистскую деятельность на 5 лет каторжных работ. Осенью 1935 года отец был выслан по этапу сначала в Архангельск, а затем пароходом в Воркуту для работы в угольных шахтах. Баржа, на которой везли политзаключенных, была переполнена, весь трюм забит людьми. Спали по очереди, т.к. даже прилечь было негде. В течение двух недель пути заключенных почти не кормили, только иногда конвойные бросали несколько штук соленой воблы. Воду давали очень редко, равнодушно взирая на то, как люди мучаются от жажды. Совершенно изможденный отец прибыл в Воркуту, где его сразу же отправили в шахту. Многие из прибывших политзаключенных были больны, в основном, простудой или кишечной инфекцией. Их лечением никто не занимался, и люди умирали прямо на нарах в бараках по несколько человек в день. Когда наступила зима, работы в шахтах не останавливались и в «актированные» дни, т.е. в сильные морозы, когда все вольнонаемные освобождались от работы. В сильные метели до шахты, которая находилась рядом с бараками, приходилось добираться, держась за веревку, чтобы не заблудиться и не пропасть в снежной круговерти. Такие нечеловеческие условия сильно подорвали здоровье отца, вскоре он заболел туберкулезом. В связи с плохим состоянием здоровья каторжные работы для отца были заменены ссылкой. Отец был отправлен в одно из селений Ханты-Мансийского округа на метеостанцию. Там он три раза в день должен был снимать и записывать показания приборов о различных параметрах погоды (температура воздуха, вид и количество осадков, направление, сила ветра и т.д.). Это фенологическое и метеорологическое изучение погоды его настолько увлекло, что оставалось наряду с садоводством его главным хобби до конца жизни. Об этом красноречиво свидетельствует десяток толстых амбарных книг, в которые методично, три раза в день, на протяжении последующих сорока лет отец заносил свои наблюдения. В 1938 году Сталин, расправившись со своими реальными и мнимыми соперниками, решил сделать передышку. Он даже создал видимость некоторой либерализации своего режима, лицемерно свалив всю вину за необоснованные репрессии на руководителей НКВД, которые также, в свою очередь, были репрессированы. Началась кампания по пересмотру дел, которая коснулась и отца. Так как здоровье продолжало ухудшаться, в 1939 году со справкой об отбытии меры наказания отец был отправлен в г. Ишим. «Умирать», - неловко пошутил один из конвойных. Но дома, благодаря заботам матери, его здоровье медленно, но верно шло на поправку. Отец попробовал устроиться на работу по прежней специальности, учителем, но ему дали ясно понять, что не могут доверить воспитание будущих строителей коммунизма «врагу народа». Только благодаря личному знакомству его матери, которая двадцать лет проработала учительницей, с руководителем гороно отцу удалось устроиться педагогом в школу глухонемых. Там он трудился несколько лет, затем перешёл работать в Ишимский горкомхоз, где в должности техника занимался озеленением родного города. Одновременно заложил большой сад, с трудом отвоевав у местных властей 20 соток земли, проводил опыты по селекции плодовых культур по заданию Алтайского института плодоовощеводства. В 1959 году Военный Трибунал Уральского военного округа пересмотрел дело отца, которое было «отменено и прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления». Но окончательно решение о его полной реабилитации было вынесено этой же инстанцией 11 октября 1963 года.

Записала дочь, Л.Л. Кучак
Афиша
14/08/2017

Памятные даты [Подробнее]

29/05/2017

Памятные даты Май-Июнь: [Подробнее]

События